Нижегородский левша или трое из рода Кулибиных

(к 275-летию со дня рождения Ивана Кулибина)

В российской истории многим можно присвоить почетный титул героя одной из повестей Лескова. Но, пожалуй, самым первым в этой плеяде гениев-самоучек будет имя выдающегося русского механика-изобретателя Ивана Петровича Кулибина.

Будучи юношей, Иван изучил слесарное, токарное и часовое дело. Но больше всего его прельщало сооружение чего-нибудь новенького. Не счесть, сколько замысловатых маленьких мельниц, флюгеров и прочего он соорудил.

Уже в 1768 году он сделал не часы, а настоящее чудо. В их корпусе, изготовленном в виде яйца, был не только механизм часового боя, но и музыкальный аппарат с несколькими мелодиями, а вдобавок и маленький автоматический театр с движущимися фигурами.

Казалось бы, ничего особенного — такие к этому времени уже делали. Да, это так, вот только добавим, что часы Кулибина были не башенные, не стенные, а… карманные. В них ежечасно растворялись маленькие царские двери, за которыми виднелся Гроб Господень, со стоящими по сторонам серебряными фигурками воинов. Ангел отваливал камень от гроба, стража падали ниц, являлись две девы-мироносицы, и в это время куранты играли три раза молитву Христос Воскресе и двери затворялись. По счастью они сохранились и поныне и хранятся в музее Эрмитажа.

Летом 1768 года императрица Екатерина II посетила Нижний и ей представили Кулибина с этими часами, а также — внимание! — с телескопом, микроскопом и электрической машиной, изготовленными все тем же гениальным самоучкой.

Кулибин охотно соглашается на пост заведующего механической мастерской в Академии наук Петербурга, куда его пригласил в 1770 году директор Академии наук граф Владимир Григорьевич Орлов. В течение последующих трёх десятков лет Кулибин бессменно возглавлял процессы производства различных станков и приборов для навигационных, астрономических и физических целей. Кстати, в его обязанности, помимо всего прочего, входило и «делать нескрытное показание академическим художникам во всем том, в чем он сам искусен». Надо отметить, что за каждого из таковых ему была обещана солидная премия в 100 рублей — треть его годового жалования.

В 1773 году Кулибин откликается на вызов англичан и делает проект 14-саженного (почти 30 метров) моста, который состоял «из одной дуги или свода без свай, и утвержден был концами своими только на берегах реки». За это он получил премию в размере двух тысяч рублей и золотую медаль.

В последующие годы Кулибин изобрел и изготовил много оригинальных механизмов, машин и аппаратов. Среди них фонари-прожекторы с параболическими отражателями из мельчайших зеркал, благодаря которым были ярко освещены все самые темные закоулки и переходы Царскосельского дворца, карманные электрофоры, огромное зажигательное стекло, водяные мельницы, действующие по принципиально новым системам, речное судно с вододействующим двигателем, передвигающееся против течения, названный им «Водоход», механический экипаж с педальным приводом — так называемую «трехколесную самокатку».

Неутомимый новатор, в домашнем быту и привычках Кулибин был консервативен. Он никогда не курил табак и не играл в карты. Писал стихи. Любил званые вечера, хотя на них только балагурил и шутил, так как был абсолютным трезвенником. При дворе, среди расшитых мундиров западного покроя, Кулибин в длиннополом кафтане, высоких сапогах и с окладистой бородой казался представителем другого мира. Но на балах он с неистощимым остроумием отвечал на насмешки, располагая к себе добродушной словоохотливостью и прирожденным достоинством в облике.

В 1801 году 76-летнего гения отправили на заслуженный отдых, назначив пенсию, которой не получал ни один генерал — три тысячи рублей годовых. Вдобавок ему еще выплатили выходное пособие в размере четырех годовых окладов, правда, половину заимообразно, под обязательство построить настоящий солидный Водоход для практического применения на реке Волге. С нею он справился шутя — уже спустя три года прошли первые испытания, а еще через три года Иван Петрович сдал свой Волноход нижегородским властям. Впрочем, популярности он не получил — модель было необходимо дорабатывать.

Надо сказать, что это была традиционная судьба — подавляющее большинство изобретений Кулибина, возможность использования которых подтвердило наше время, тогда не было реализовано. Диковинные автоматы, забавные игрушки, хитроумные фейерверки для высокородной толпы — лишь это впечатляло современников. К тому же пагубное воздействие порою оказывала его необразованность — иногда он месяцами, образно говоря, изобретал велосипед, то есть работал над тем, что уже было создано в мире до него.

11 августа (по новому стилю) 1818 года великий механик скончался в Нижнем Новгороде.

Отметим только, что природа, которая, как известно, отдыхает на детях гениев, щедро одарила талантами его родного внука, Николая Александровича. Деда своего он не застал в живых, родившись спустя 13 лет после его смерти, но гордился им необычайно и сам достиг в науке немалых высот. Правда, в отличие от деда, он так щедро не разбрасывался, сосредоточившись исключительно на горном деле и достигнув к 60-ти годам звания заслуженного профессора горного института и должности директора горного департамента, а своими начными трудами — мировую известность.

Сын его, Сергей Николаевич, которого отец пережил на четыре года, хотя поначалу и пошел по стопам отца, но затем стал писателем-документалистом, перу которого принадлежали очерки по истории развития не только горного производства, но и соляного, а также кавказских минеральных вод. Правнуку гениального механика-самоучки принадлежало и авторство биографий многих горных инженеров. Вне всяких сомнений он написал бы еще очень много всего, но смерть подкосила его в самом расцвете творческих сил — он скончался в 37 лет, в 1899 году.