Российскому спорту мешает не отсутствие достойного финансирования, а идиотизм неконкурентной инфраструктуры, коррупция и связанная с ней идеология лжепатриотизма.

Социологические опросы показывают, что основную массу российских избирателей не слишком волнует демократия. Но ее, по крайней мере, волнует футбол. Между тем дела в той и другой области обстоят примерно одинаковым образом. Российскому спорту мешает не отсутствие достойного финансирования, а идиотизм неконкурентной инфраструктуры, коррупция и связанная с ней идеология лжепатриотизма.

Страна со стагнирующей экономикой не способна добиваться больших спортивных результатов. Именно такое объяснение было дано несколько лет назад очередной неудаче российских футболистов. Экономика, судя по официальным отчетам, в полном порядке. А с футболом дела все хуже.

В 90-е годы много говорилось о том, что спорту не хватает денег, что наиболее квалифицированные тренеры и атлеты покидают страну, детские школы разваливаются и не дают должного пополнения. Государство толком финансировать спорт больше не могло, а сами спортивные федерации и отдельные структуры толком деньги зарабатывать не умели. Именно на бедность списывались все неудачи, которых, естественно, было все больше и больше. С 2000 года финансовые дела пошли на поправку. В российский спорт стали приходить серьезные деньги. Первыми их присутствие почувствовали футбол, хоккей и мужской баскетбол: скауты ведущих российских команд с неимоверной легкостью начали уводить дорогостоящих легионеров, сначала у простых, а потом и у больших европейских клубов. Но именно национальные сборные по футболу и мужскому баскетболу не смогли пробиться на афинскую Олимпиаду. И никакого парадокса в том нет.

Сначала в спорт пришли сомнительные деньги. По большей части они здесь отмывались. Затем времена стали меняться. Финансирование отечественного спорта стало одним из признаков патриотизма и доказательством лояльности по отношению к власти. Давая деньги на укрепление футбольной команды, или развитие художественной гимнастики, или легкоатлетические состязания, бывшие олигархи принимали участие в большом пропагандистском проекте под названием «социальная ответственность бизнеса».

После неудачи на чемпионате мира в Корее крупный бизнес предложил профинансировать приглашение в сборную иностранных тренеров и менеджеров международного класса. Проект сочли непатриотичным.

Патриотично – просто дать денег и не спрашивать, как они используются. В крайнем случае получить откатом часть денег назад. Это вполне укладывается в рамки «патриотичного».

В результате деньги, пришедшие в спорт, были, по сути, бесхозными, а обстоятельства их появления не предполагали особого контроля за их расходованием. Спортивные структуры, сформировавшиеся в советские времена и затем адаптированные к эпохе дикого капитализма, к той эпохе, когда через спорт отмывались деньги совсем уже сомнительного свойства, оказались не способны с пользой для дела их тратить.

Были, конечно, и исключения. Но в большинстве случаев речь шла именно об освоении бюджета. И футбол шел впереди всех. Тем более что средства, которые в него вкладывались, намного превосходили аналогичные вложения в иные виды спорта.

Шальные бюджеты доконали российский футбол. Разговоры о создании базы для будущих побед стали фоном для массированного распила денег.

Выяснилось, что гораздо выгоднее завозить в Россию толпы футболистов-легионеров, чем воспитывать своих игроков, строить стадионы, вкладываться в инфраструктуру молодежного футбола. Подготовка собственных кадров стала весьма невыгодным делом. Если в начале 90-х годов российский футбол еще мог экспортировать своих лучших представителей в ведущие чемпионаты Европы, то сегодня речь идет только об импорте.

Георгий Ярцев, с трудом наскребший игроков на матч в Лиссабоне, вправе сетовать на то, что других спортсменов ему было взять неоткуда. При этом если завтра взять и запретить легионерам выходить на поле, то национальный чемпионат придется просто прервать. Российский футбол стал настоящей прорехой на теле современного футбола. Страна, дававшая миру и великих тренеров, и великолепных футболистов, теперь может только швыряться шальными деньгами, не имеющими к спорту никакого отношения.

На самом деле причина, по которой спортивные функционеры не могут и не желают пускать в российский футбол «чужака», проста.

Им не хотелось бы возможных скандалов, после того как «чужой» увидит систему изнутри. Это такая особая форма российского бюрократического патриотизма.

Ситуация в российском футболе весьма походит на ситуацию в государстве в целом. Руководителей сборной и российского спорта нельзя уволить после безобразного поражения. Так же как нельзя уволить г-на Патрушева после «Норд-оста» или Беслана. Потому что верхушку функционеров скрепляют связи, не имеющие особого отношения к непосредственному результату. Есть вещи поважнее, чем победы и поимка террористов. О чем нам после каждого поражения не устают доходчиво напоминать.

Нация искренне любит футбол. Но футбол – это деньги, а значит – менеджмент, конкуренция и игра по правилам. А этого мы не умеем.

("Газета Ру").