Конечно, и ярославцы - народ бойкий, наш человек за словом в карман не полезет, тут же всю правду-матку выложит. Помню, в тот день какой-то ветеран, весь в орденах и медалях - случайного туда бы не допустили, глядя в глаза Борису Николаевичу, потребовал снять его, президента, кандидатуру на президентских выборах. А ведь кампания была уже в разгаре. Или там же, напротив кладбища, стояла толпа народа, охрана ближе ее не подпускала. Из толпы раздались крики: - Борис, подойди, Борис! - А что, и подойду. И вместо того чтобы залезть в автомобиль, а дверца была услужливо распахнута, направился через дорогу. Люди стали пожимать президенту руку и тут же жаловаться: - Пенсии задерживают, зарплату не дают. Обманывают вас, Борис Николаевич, ох как обманывают! В тот же день Ельцин вернулся в Москву. Видимо, настроение ярославцев его встревожило. Еще и потому, что наша область считалась «проельцинской», всегда его поддерживала. Буквально на следующий день меня в числе других региональных редакторов срочно приглашают в Москву на встречу с Ельциным. 6 мая, в понедельник, эта встреча состоялась в резиденции президента на Ленинских горах. В ней участвовали более 200 журналистов, представителей региональной прессы - от Калининграда до Камчатки. Присутствовали и доверенные лица президента - известные в стране и мире люди: артисты Юрий Никулин, Геннадий Хазанов, Элина Быстрицкая, кинорежиссер Никита Михалков, чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров. Встреча проходила вечером, в неформальной обстановке - все сразу же сели за накрытые столы. Всюду стояли водки-вина-закуски. Но сам Ельцин во время встречи пил, судя по всему, только минералку. Обращаясь к нам, Борис Николаевич сказал, что свободная пресса - одно из завоеваний последних лет, что трудно умалить ее власть. Особенно возросла роль региональной прессы, тиражи местных изданий составляют большую часть газетно-журнальных тиражей. Значение региональной прессы настолько велико, что какая-нибудь публикация 15 июня, накануне выборов, может кардинально изменить настроение людей в пользу того или иного кандидата и исход выборов будет предопределен. Президент сказал, что ни в коем случае нельзя отказываться от такого завоевания, как свободная пресса. Необходимо принять закон о праве на информацию, дающий гарантии журналистской деятельности. Так до сих пор, к сожалению, и не принято ничего похожего - ни прежней, ни новой властью! Более того, все какие-то мелкие стеснения и ущемления принимаются - и депутатами, и чиновниками - и касательно рекламы, и освещения терактов, да и коммерческих тайн все больше становится. Так незаметно глазу количество мелких придирок переходит в серьезное ограничение для СМИ. Необходимо, сказал тогда Ельцин, чтобы на критические публикации в прессе своевременно реагировали административные, правоохранительные, судебные органы. Так до сих пор, пока раз пять не пропишешь о конфликте либо жгучей проблеме - никакой реакции. Впрочем, прогресс в путинские времена есть: иной раз с первой публикации власти отзываются и начинают шевелиться. Но в то же время такое ощущение, что государство сделало все, чтобы тиражи газет упали до плинтуса: тут и огромные, до 80 процентов от стоимости издания, тарифы на доставку - по-моему, нигде в мире ничего похожего нет, и отмена льготы по НДС, платим, как и табачные короли, 18 процентов налога... Ельцин закончил. Начались славословия. Один за другим к микрофону перед столом президиума в центре зала выходили доверенные лица. И ну расхваливать президента: надежа-царь, светоч свободы, весь народ спит и видит, как за него проголосовать. В общем, многие лета Борису Николаевичу. А газетчиков будто и нет - к микрофону не прорваться. Ельцин сидит довольный. Более того, стал сетовать, что власть принимает хорошие указы, а люди о них не знают. Например, принят указ «Свой дом» - о беспроцентном финансировании строительства домов молодежью. И где бы он ни беседовал в регионах с людьми, никто о таких жилищных возможностях не знает. - Да и мы, журналисты, об этих указах ничего не знаем, - говорю с места, благо сижу в 5 - 6 метрах от Бориса Николаевича. - Они печатаются в «Российской газете», - услышав меня и сердито глядя в мою сторону, парирует Ельцин. - Указ в «Российской газете» нам не указ, да и народ мало ее читает, нам важно, чтобы до наших газет это доводили... - А ну-ка спорьте со мной, спорьте, идите к микрофону, - вдруг велит Ельцин. Только выбираюсь из-за стола, а у микрофона уже Элина Быстрицкая. Что же, женщине надо уступать. И опять полилось, какой у нас чудесный президент, мы, артисты, за него. И ведь как красиво говорит. Только она закончила, Ельцин опять показывает мне, чтобы шел к микрофону. Я туда - а его уже захватил Каспаров. Говорю: - Гарри Кимович, извините, но президент мне дает слово, чтобы поспорил. - Мы готовы рассказывать о хороших, нужных инициативных решениях президента, - начал я. - Но кто-то должен эти решения до нас, газетчиков, доводить. Тот же указ «Свой дом» - мы его в глаза не видели. Первый раз услышали из уст самого президента 3 мая во время его визита в Ярославль. Самое главное. Ярославцы всегда поддерживали Ельцина, «Золотое кольцо» - тоже. До выборов осталось чуть больше месяца. Но находишься в полном недоумении, когда слышишь сейчас от вашей команды, что к ним все готово: повсюду развернуты штабы, созданы структуры в поддержку Ельцина. Какие штабы, какие структуры? Мы, газетчики, информированные люди, но знать не знаем ни о чем подобном. На местах ничего этого нет. Президенту его окружение сообщает, мягко говоря, неправду. В общем, смысл моего горячечного эмоционального выступления - мы за Ельцина, но его команда работает очень неэффективно. Более того, скрывает от него истинное положение дел. И славословия тут губительны. Борис Николаевич сидел недовольный. Глава администрации президента, бывший краснодарский губернатор Николай Егоров не поднимал головы. После к микрофону пробились и редакторы из регионов - уже о нашем, наболевшем заговорили. В конце встречи, которая растянулась почти на два часа вместо запланированного часа, я настолько расхрабрился, что подошел к Борису Николаевичу и попросил автограф на красивом фотоальбоме о президенте, который нам всем в тот вечер выдали: - Напишите, пожалуйста: «Ярославцам от будущего президента». Пусть все знают, что вы верите в себя. Он согласился. Только добавил: «и настоящего». После этого к Ельцину выстроилась целая очередь за автографами. И никому он, кажется, не отказал. P.S. Не знаю, сыграла ли свою роль эта встреча президента с редакторами, но вскоре предвыборный штаб Ельцина вместо Егорова возглавил Анатолий Чубайс, работа закипела. И буквально на следующий день в редакции появился представительный фельдкурьер и под роспись и печать сдал нам конверт с президентскими указами. Помню, своим появлением в бухгалтерии, где хранилась печать, и суровым видом он немало напугал тогда наших сотрудниц. А у меня до сих пор хранится благодарность президента Российской Федерации в ореховой рамке - «за большой вклад в становление российской демократии, творческое и инициативное участие в подготовке и проведении кампании всенародных выборов президента Российской Федерации 1996 г.».
