Лица желтые по городу кружатся

– У нас бывали единичные случаи токсического гепатита, – рассказывает заведующая гастроотделением Татьяна Константинова. – Но такого наплыва специфических больных не случалось. Мы проанализировали: за весь прошлый год в отделении пролечен 191 больной с циррозом печени или гепатитом. А за последние три недели уже 35 пациентов с токсическим поражением печени. Некоторые в тяжелом состоянии, трое скончались…

Вечером из Лапсар в больницу привезли 55-летнюю женщину, а ночью ее не стало. Пациентка работала в «горячем цеху» – в заведении, где разливала спиртное. И сама не могла удержаться от соблазна. Вскрытие показало, что у нее не только цирроз печени – поражены практически все внутренние органы.

Другая пациентка, бывший бухгалтер с улицы Энгельса, пять дней провела в реанимации, но все старания медиков оказались напрасными.

Не смогли откачать врачи и милицейского майора – нестарого пенсионера. Сначала он выпивал, потом пил, дошел до суррогатов. И однажды печень отказала напрочь.

Возраст и социальный статус попавших в стационар больных разные. В основном мужчины, что называется, «в самом расцвете сил». Но недавно сюда доставили 28-летнюю особу, у которой неизвестно с кем остался 10-летний ребенок. Молодая женщина утверждает, что никакая она не алкоголичка, пьет не в одиночку, а с друзьями, и не бормотуху какую, а исключительно водку. И не понимает, почему ей так плохо и лицо, как у желтушницы.

Среди пациентов с токсическим гепатитом можно встретить и не работающего, семнадцать лет топтавшего зону, а ныне по причине безденежья потребляющего дешевые суррогаты. И руководителя фирмы, расслабляющегося «благородным» алкоголем. Уже в приемном покое их объединяют схожие симптомы – желтые лица (из-за гибели клеток печени билирубин увеличивается в 20-30 раз!), сильная слабость, отсутствие аппетита, нестерпимый кожный зуд и пр.

Впрочем, при отравлении алкоголем поражается не только печень. Яд бьет по поджелудочной железе, вплоть до некроза (панкреатит и последующий диабет – это цветочки). У большинства больных дает сбои нервная система, центральная и периферическая. Разрушается интеллект, возникают слуховые и зрительные галлюцинации – токсины играют. Недавно один пациент на полном серьезе пожаловался врачу: всю ночь не мог спать, пограничники с собаками на дереве сидели и ему с ними пришлось до утра бодрствовать.

На больничную койку с тяжкими последствиями может привести и разовое потребление магазинной бутылки на троих, и умеренное, но систематическое отравление организма алкоголем. Мать с сыном копали огород под зиму, с устатку хлебнули технического спирта. Сына на «скорой» увезли в БСМП, а чуть позже и пожелтевшая мамаша угодила в ЦГБ. С ее слов, выпила-то всего три рюмки, да посолить забыла, обычно она таким образом «нейтрализовала» отраву. В то же время на памяти Татьяны Захаровны случаи, когда и после пышных банкетов, после шашлыков доставляли пациентов с токсическим гепатитом – и один алкогольный эксцесс способен взорвать печень.

И все-таки на сегодня в отделении большинство пациентов из числа тех, кто потребляет дешевые суррогаты – технический спирт, бытовую химию, популярный в последнее время антисептин – средство для наружного обеззараживания. Категория таких потребителей была всегда (возможно, в меньших масштабах), почему же именно нынешней осенью медики отмечают обострение ситуации? У врачей пока нет однозначного ответа (да и им ли делать выводы, когда речь идет о социальной болезни). Не оттого ли токсический гепатит косит штабелями, что пить нынче начинают раньше, в юношеском возрасте – вон уже есть 24-летние пациенты с циррозом алкогольной природы. Татьяна Константинова не очень уверенно выдвинула еще одну версию – может быть, производители спиртсодержащих жидкостей стали добавлять в свою продукцию какой-то яд, чтобы отвадить народ от ее использования вовнутрь?

Дабы не философствовать впустую, мы решили обратиться к практикам. В палате с символическим 13-м номером шестеро мужчин, диагноз которых на лице желтым пигментом нарисован. Один скрючился на кровати, другой мается под капельницей, третий сидит, держась за живот и раскачиваясь из стороны в сторону…

Первые дежурные вопросы насчет здоровья, первые осторожные ответы «да вроде немного лучше». Но скоро палата № 13 превратилась в такой диспут – клуб, что в дверях столпились другие пациенты и свободный в данный момент медперсонал. Похоже, тема всех волнует. Даже мрачного вида субъект, поначалу демонстративно отвернувшийся к стенке, не выдержал, вступил в диалог и поделился собственным опытом. Кстати, он попал в больницу за два рубля – на эти последние деньги ему в соседнем подъезде из жалости плеснули что-то в стакан.

У каждого «желтолицего» своя история. Но в ходе импровизированной дискуссии обитатели палаты № 13, как ни странно, пришли к одинаковым выводам. Вкратце они звучат так: боярышник и прочие фанфурики на спирту пить категорически нельзя – на сердце плохо влияют. И вообще, в аптеках надо навести порядок. То, к чему тянутся дрожащие руки, продавать только по рецептам, поскольку качество содержимого заветных пузырьков резко снизилось. А качать права в аптеках эта публика не может – кто будет считаться с таким контингентом.

То ли дело – торговля из-под полы. На «Богданке», например, в каждом втором доме можно купить и самогонку, и более дешевую бутылку технического спирта. Но этот теневой рынок покупатели (в отличие от милиции) в состоянии сами контролировать. Недавно одну недобросовестную торговку буквально разорили – объявили бабе бойкот и перестали покупать ее позорный суррогат. Не поймет по-хорошему, найдется другой способ приструнить. А государству все равно. Взять последнюю партию антисептина. И чего только туда сыпанули – одна отрава, двое в палате теперь из-за нее мучаются. Конечно, кому простой народ нужен…

Вот такой «глас народа». Можно посмеяться, можно возмутиться. И обидеться за государство: больной за два рубля добровольно себе проблем нашел, а его бесплатное лечение и уход в тысячи обходятся. И ладно бы на пользу. На вопрос «теперь-то уж бросите пить?» только один пациент ответил утвердительно. Другие отмолчались. И медсестра, добрая душа, тихонько вздохнула: «У этих рака печени не будет. Не успеет».