Виктор Николаевич Басов воевал честно, не за “родную советскую власть”, которую имел право ненавидеть и от которой не видел ничего, кроме обид и унижений, а за Родину, которая у нас одна на всех? О судьбе жителя Марий Эл рассказывает газета "Марийская правда".
В начале прошлого века род Басовых был, пожалуй, самым богатым и уважаемым в волости. В самом селе Токтай-Беляк выделялись достатком братья Степан и Николай. Жилистые, неуемные до дела, из той породы, которые, как сказал поэт Николай Некрасов, “до смерти работают...”, нажили Басовы немалое состояние. По размерам и основательности не было в селе равных их двухэтажным купеческим домам. Занимались братья землей, скотом, торговлей, держали ямской извоз. Цепкие и ухватистые, они не чурались ничего нового: первыми обзавелись жатками, молотилками с конным приводом, заводили сады и парки, дворы их усадеб были выложены каменной плиткой - чтобы не было грязи. Впоследствии, кстати, она еще долго служила людям, ею, говорят, была вымощена территория местной школы. Чтили Басовы веру, царя и Отечество, не воровали, не грабили, все, что имели, заработали честным трудом.
Род был большой, и часть родичей подалась в другие, пусть и недальние края, например, основали хутор на берегу реки Немды (вблизи несуществующей теперь деревни Калиново). С присущей им разворотливостью поставили добротные избы, основали кожевенный завод, лесопильную и столярную мастерские. Мужики с окрестных деревень имели здесь верную копеечку - довесок к невеликим доходам от бедных и малых наделов. Были Басовы и в Русском Верхушуте, или, как его еще называли, старом селе. Там они первыми начали заниматься рыбоводством, имели крепкое, справное хозяйство, отчего при Советской власти оказались в черном списке кулаков и врагов народа.
Кто знает, может быть, из этого рода выросли бы со временем крупные промышленники и купцы. Но потерявшая тормоза Россия в 1917-м сделала поворот, который разделил страну на красных и белых. “Кто был ничем, тот станет всем”, - нисколько не сомневаясь, пел победивший люмпен. “Грабь награбленное”, - заигрывая с ним, провозгласили большевики. Бедноту долго уговаривать не пришлось. “Мироедов”, у которых от тяжкого труда кожа на ладошках превратилась в одну сплошную мозоль, выгоняли из любовно построенных - бревнышко к бревнышку - домов, забирали скот и скарб, перетряхивали сундуки, и горлопаны из комбедов на сходках щеголяли в реквизированных полушубках и хромовых сапогах. Никто из Басовых не избежал этой участи, в их отобранных со всем имуществом усадьбах, выгнав хозяев на улицу, как собак, поселились коммуны.
Жестоко, несправедливо обошлась с Басовыми жизнь. Время было страшное, человеческая жизнь - ни в грош, кровушки не жалели - ни своей, ни тем более чужой. Разметала судьба-злодейка крепкий православный род. Не выдержав разора, преставились старики. Те, кто помоложе, чувствуя беду, разъехались по всей стране, не в силах видеть эту страшную несправедливость - как нажитое тяжким трудом пускалось по ветру. Душа попросит взяться за обрез или за стакан. Уехали - как в воду канули. Только об одном из Басовых - Крониде Васильевиче из хутора вблизи деревни Калиново в 1942 году в сельсовет пришла случайная весточка - фронтовой треугольник от командира части. В один из последних теплых апрельских дней, когда земля наливалась теплом и силой и крестьянская душа уже рвалась в поле, погиб Кронид Васильевич в бою с немецко-фашистскими оккупантами. Видимо, по ошибке писаря похоронка была отправлена по месту рождения солдата. А может быть, просто не нашли данных о месте призыва, война есть война, всякое бывало.
Черным вороновым крылом накрыла судьба тех Басовых, что остались в родных местах. Мало было отобрать все до нитки, выгнать из родных гнезд. Сполна разделил судьбу многих трудолюбивых крестьян и Басов Михаил Константинович. Был раскулачен, прошел через ГУЛаг, вернулся, чтобы в 1937-м снова взяли ни за что, ни про что, и уже через неделю (ох, и скоры были на суд и расправу) почти 70-летнего старика расстреляли. Родные узнали об этом только спустя много лет, когда пришло известие о реабилитации.
Тем временем подрос младший Басов - Витя. С малолетства довелось ему сполна хлебнуть лиха. Погиб отец, мать ушла с другим, жил с дедом, пока его не взяли, потом пришлось скитаться по чужим людям с клеймом “внука врага народа”. И все-таки был, значит, родовой стержень у человека: закончил школу, выучился на тракториста, работал бригадиром тракторной бригады. В 1939 году призвали на службу в Красную Армию, начинал в Забайкалье, а в 1943-м в составе дивизии сибиряков был направлен на Сталинградский фронт. Освобождал Белоруссию и восточную Пруссию, там, на Одере и встретил день Победы, награжден орденами Красной Звезды и Отечественной войны. Воевал честно, не за “родную советскую власть”, которую имел право ненавидеть и от которой не видел ничего, кроме обид и унижений, а за Родину, которая у нас одна на всех.
Дмитрий Шахтарин.
Благодарен А.П. Вершининой за предоставленные материалы.
