Главный конвейер «Урала» замирает 6 апреля ориентировочно в 8:30, в тот момент, когда неподалёку от него завершается ежедневное совещание по текущим вопросам у топ-менеджмента предприятия.
Как рассказали трудящиеся, с которыми нам удалось побеседовать, работники трёх участков автосборочного производства отправляются к руководству автозавода за разъяснениями по поводу заработной платы. По их мнению, её уровень практически такой же, как и год назад, а объём производства на предприятии и, соответственно, загрузка существенно возросли.
Главный конвейер стоит из-за этого, по версии руководства предприятия, 15 минут, по подсчётам самих работников — от 10 до 25.
Разъяснительной работой с операторами занимается управляющий автосборочным производством, в то время как присутствовавший неподалёку генеральный директор «Урала» Виктор Корман к народу не подходит.
Так что же на самом деле произошло на градообразующем предприятии — рядовой случай, раздутый до размеров слона, или ЧП?
Версия первая — заводская
Спустя сутки после описываемых событий, когда информация просочилась в ряд региональных изданий, генеральный директор «Урала» Виктор Корман собрал пресс-брифинг, где изложил своё видение. Случившееся он назвал несанкционированной остановкой конвейера, а сравнение с бунтом или забастовкой — смешным. Произошедшее он связал с тем, что рабочим после получения расчётных листов была непонятна система начисления заработной платы, поскольку в нынешнем году были произведены некоторые изменения в премиальной системе. Первый руководитель автозавода подчеркнул, что специально не подошёл к операторам, поскольку видел, что управляющий ведёт разъяснительную работу, поэтому дал ему возможность «проявить свою компетенцию».
На следующий день (и в день проведения пресс-брифинга) Виктор Корман собрал бригадиров, на встрече с которыми, по его словам, был проведён тщательный разбор ситуации и выявлен корень проблемы. Заключается он, по признанию первого руководителя автозавода, в слабой разъяснительной работе, которую с операторами должны проводить упомянутые выше бригадиры…
Генеральный директор привёл в сравнение главного конкурента — Камский автозавод, который в марте работал в режиме четырёхдневки против полноценной рабочей недели на Уральском автозаводе. Он огласил также средний уровень заработной платы — 21 с половиной тысячи рублей (по производственным рабочим автосборочного производства), отметил, что у «КамАЗа» он в полтора раза ниже и достигнуть этого порога удалось раньше, чем планировалось, — в марте вместо декабря. - Поэтому недовольства непонятны. Я полагаю, что есть какие-то нездоровые силы, которые заинтересованы в том, чтобы дестабилизировать работу градообразующего предприятия. Много завистников, в том числе и в городе, которые только и ждут, когда мы споткнёмся, — заявил Виктор Корман.
Отвечая на вопрос журналиста, генеральный директор дал понять, что ему известны зачинщики несанкционированной остановки конвейера, но их имена он не огласил. - Есть неформальные лидеры, мы их знаем. Я не считаю необходимым разгонять их, увольнять. Наша задача — создать нормальную мотивацию людей и современную и сквозную корпоративную культуру, чтобы сопротивлений переменам было меньше, — резюмировал генеральный директор.
Версия вторая — рабочая
В газету обратились работники главного конвейера, которые выразили желание встретиться и изложить своё видение произошедшего, но на условиях анонимности.
Причина банальна: даже после наших увещеваний и ссылок на слова Виктора Кормана, что никаких репрессий не будет, люди опасались открыто выражать собственное мнение.
По признанию сотрудников автосборочного производства, ни о каких зачинщиках, спланировавших акцию протеста, речи идти не может.
Остановка работы конвейера была спонтанной и вызвана тем, что в полученных накануне расчётных листах суммы к выдаче оказались ниже, чем ожидалось. - Какие неформальные лидеры? Ну одного можно настроить, второго и третьего… Но не весь же цех! — единодушны работники.
Автозаводцы предъявляли расчётки как прошлого марта, так и нынешнего. В их сравнении просматривалось два тренда. Первый — ни у кого из них заработная плата не достигала объявленного генеральным директором на пресс-брифинге показателя. Хотя, с другой стороны, это вполне объяснимо. Средний уровень как раз и подразумевает, что у кого-то зарплата выше, а у кого-то наоборот. Видимо, те, кто пришёл в редакцию, оказались из последней категории. Второй — разница между мартом прошлого года, когда завод был на четырёхдневке и выпускал 35 грузовиков в смену, против марта нынешнего года при полноценной рабочей неделе и 45 грузовиках в смену, по нашей оценке, несущественная.
Операторы признают, что после того, как конвейер остановился, они пошли непосредственно к генеральному директору, поэтому удивлены его нежеланием выслушать их: - Он нас видел. Но не стал общаться и обошёл толпу. А с нами разговаривали управляющий и начальник цеха.
Правда, у начальника цеха он поинтересовался, чем люди недовольны.
Версия третья — профсоюзная
Социально-трудовые права и интересы трудящихся на «Урале» отстаивает профсоюз. С его лидером Валерием Болотовым напрямую пообщаться не удалось (сначала он говорил по телефону, затем уходил на совещание и т. д.). Однако на нескольких информационных лентах появился его комментарий. Учитывая, что везде он был абсолютно идентичным, мы не усомнились в его достоверности (публикуется в сокращении): «И вчера, и сегодня ситуация на заводе стабильна, в полном объеме функционируют сборочные конвейеры и автокомпонентные производства… Ситуация не выходила из-под контроля как руководства предприятия, так и руководства автосборочного производства… В апреле в соответствии с ростом производственной программы и загрузкой на своих участках производственные рабочие получат около 26,46 тыс. руб., операторы конвейера — около 20 тыс. Не вижу никаких причин говорить о какой-либо дестабилизации рабочей обстановки на «Урале».
Обобщая,..
Истина, как водится, находится где-то посередине. Трудно не согласиться с Виктором Корманом в том плане, что произошедшее не бунт и забастовка. В противном случае был бы и стачком, и выдвигаемые требования, изложенные в письменном виде. Да и конвейер простоял бы не четверть часа. На этот же раз ничего подобного не наблюдалось. Но и в гипотезу о среднеарифметическом сытом и довольном работнике автозавода, который просто не разобрался в принципах начисления заработной платы, тоже не верится. От хорошей жизни с расчёткой в руках к генеральному, наверное, не побежишь. Или кто-то из читателей другого мнения?
Остаются белые пятна, легко трансформируемые в вопросы. Например, почему всё таки Виктор Корман не стал напрямую общаться с рабочими? Ведь очевидно, что раз генеральный директор тет-а-тет с «протестантами» не встретился, то о сути проблемы он узнал с чужих слов, а тут, как водится, возможны толкования, причём самые что ни на есть субъективные и к случившемуся отношения не имеющие.
И, что самое удивительное, происходит это на предприятии, где внедряется производственная система, один из принципов которой следует трактовать так: решай проблему непосредственно в месте её возникновения. Поэтому поставить знак равенства между собранием бригадиров и прямым общением с недовольными сотрудниками рука не поднимается. Да и время, потраченное на пресс-брифинг, наверное, можно было бы с большей эффективностью использовать на диалог с сотрудниками главного конвейера. Не знаем, как другие журналисты, но мы эту рокировку пережили бы.
Да и с самими бригадирами пока не всё до конца ясно. А им-то кто-нибудь объяснил новые принципы премиального положения? А тем другим, кто должен был объяснять тем, кто должен был объяснять бригадирам, и далее по цепочке? Управляющий производством и начальник цеха — это, конечно, здорово, но есть серьёзные сомнения на тот счёт, что именно они являются разработчиками и идейными вдохновителями внедрения скандального премиального положения, для этого есть специализированные подразделения. Поэтому, может, не стоит спешить искать на стороне «завистников» и некие мифические «нездоровые силы», а сначала у себя внутри разобраться?
И всё таки есть уверенность, что здравый смысл возобладает. И строится это предположение не на кофейной гуще. «Миасскому рабочему» доподлинно известно (и этому есть соответствующая и подтверждающая наши слова диктофонная запись), что руководство автозавода определило имя, по их мнению, одного из зачинщиков несанкционированной остановки конвейера. Установило и… не наказало.
По нашим сведениям, управляющий автосборочным производством вызвал «зачинщика» (который, кстати, ни к каким зачинщикам себя не причисляет) в кабинет, и на этой встрече стороны в устной форме заключили мировое соглашение. Чем бы это ни было продиктовано, указкой сверху или личной инициативой, но для руководителя это поступок. Мы же в меру своих возможностей постараемся следить за ситуацией. Лишним это точно не будет.
