Кто ответит за Севастополь

«Жмурки» Алексея Балабанова с Михалковым, Литвиновой и прочими всенародными артистами – кино своевременное, непатриотичное и абсолютно беспрецедентное.

Новый балабановский фильм «Жмурки» вырос из пышного куста противоречий. Во-первых, сам Балабанов не раз декларировал, что звёзд он снимать не будет. Во-вторых, Никита Михалков после «Про уродов и людей» пытался задать Балабанову идеологическую трёпку, мол, нельзя талантливому человеку снимать такую аморальную гадость (читай – непатриотично). В-третьих, артист Алексей Панин после «Звезды» в интервью заявлял: «- Я не знаю, что будет дальше, но знаю одно: я у Балабанова сниматься не буду НИКОГДА. Считаю, что он человек очень талантливый, но очень злой.

…Конечно, посмотрев фильмы «Война» или «Брат», я никого не пойду убивать. А миллионы людей у нас цитируют фразу: «Вы у меня ещё за Севастополь ответите, гады.»

По-моему, это очень нацистские взгляды». Тогда люди, помнится, хихикали: мол, пусть он тебя ещё попросит, а теперь режиссёр устало отмахивается – я этих интервью не читал, Панин вообще много чего про всех говорит, а артист хороший. И Никита Михалков – артист хороший. Все артисты хорошие – Сухоруков, Маковецкий, Рената Литвинова и Дмитрий Дюжев. И ничего, что звёзды, очень они на роли уродов сгодились. А комедия... что комедия? Я людей повеселить хотел.

То есть возлегли, можно сказать, волки с овцами и наступило в нашем кинематографе мощное перемирие на предмет водопоя. Очень интересно, конечно, кто в таком раскладе у нас тут овцы. Не видно овец. Нет, здесь возлегли разные подвиды волков. В водопое нуждались все, поскольку Балабанов снял кино на редкость своевременное, ни фига не патриотичное и абсолютно беспрецедентное. Ужасное такое кино. Очень весёлое. Пол-Москвы, глядя на плакаты «Жмурок», хохочет, предвкушая зрелище Михалкова в малиновом пиджаке. Это те, кто пиджаки видел воочию. А нежная молодёжь в шоке – уроды какие-то. Для достоверности народных артистов уродовали, действительно, от души: делали специальные накладки-капы на челюсти, надстраивали обезьяньи лбы, лепили грим, раздували плечи и грудь под кожаными куртками, малиновыми пиджаками и шёлковыми рубашками, а чернокожего Сиятвинду послали дозагорать в солярий.

После симфонической «Бригады» Сидорова и надрывной оратории «Бумера» Буслова Балабанов придаёт российским девяностым самую достойную форму – похоронного комикса.

На комикс смахивает и предыстория картины – футболист юношеской сборной России Стас Мохначёв на спор написал сценарий, который должен был понравиться Сельянову и Балабанову. Иссохшим по живому сценарному слову продюсеру и режиссёру произведение футболиста понравилось, и фильм приняли в работу. Правда, судя по всему, от первоначальной истории осталась только голимая канва – двум шестёркам криминального авторитета нужно срочно, до заката и рассвета, вернуть чемодан героина.

Действие Балабанов перенёс в девяностые годы самостоятельно, диалоги переписал.

Герои Панина и Дюжева ходят со стрелки на стрелку, оставляя горки трупов и речки крови (использовано 60 литров искусственной кровищи).

Цвет нашего кинематографа использован с особым цинизмом – всякие Пироговы, Башировы, Краско, Серебряковы, Панины-старшие, Сукачёвы и так далее появляются только для того, чтобы немедленно зажмуриться.

Продажный мент Сухоруков решил увести героин и насылает на бойцов группировку лузеров под руководством Маковецкого, чемодан они уводят, но пахан-Михалков, который носится со своим толстым сыночком как с писаной торбой, велит найти товар и обезвредить мента. Ну и, натурально, всё, в конце концов, находят, поленница тел растёт, а главные герои решают бросить всё нах и рвать в Москву. Хэппи-энд. Тема закрывается – нас всех тошнит.

Бандитско-блатная тема как консервный нож открывает лучшие банки с культурным мясом. Образ братка – сегодня уже почти эталон мер и весов, им измеряют, теплится ли ещё какая в стране жизнь. Братки породили свой язык, жили быстро, умирали молодыми, пролили куда больше шестидесяти литров крови, наставили смешных памятников на Ваганьково, носили слаксы и становились депутатами, руководили денежными и героиновыми потоками. Они ядрёны и самобытны, как русский квас, – отвяжитесь с Тарантино, здесь читай Пелевина и слушай группу «Кровосток». Балабанов очистил это явление, как капусту, – до кочерыжки, снял с него все романтические и мифологические листья, оставил только двух молодых и, в общем-то, забавных и живых раздолбаев – вот оно будущее и уже настоящее России.

Никаких тебе закадровых выстрелов, как в «Бригаде»: Балабанов оставляет своих героев без рефлексий и возмездия, а честно дарит в конце офис с видом на Кремль и Ренату Литвинову в качестве секретарши.

И если после просмотра у представителей нежной молодёжи, которая не помнит ни слаксов, ни низких лбов, и у тех, кто помнит, но уже готов к культурной иронии, всё-таки появится чувство, что это их самих слегка прижали крышкой унитаза или именно им прострелили коленку, значит, Балабанов опять сделал это. Сыграл с нами в «Жмурки», пощекотал кишки. Ну, скажите после этого, что он добрый человек, хотел нас повеселить и никакой не нацист!