А ты не лётчик

Жизнеописание Говарда Хьюза, первого американского миллиардера, нефтедобытчика, продюсера 40 фильмов, в числе которых «Ангелы ада», «Человек вне закона» и «Лицо со шрамом», лётчика-рекордсмена, строителя самолётов и изобретателя бюстгальтеров без лямок, человека, изменившего игорный бизнес США и продвигавшего развитие самых передовых технологий, режиссер Мартин Скорсезе разместил, как на прокрустовом ложе, между двумя репликами: «Ка-че-ство» (с расстановкой повторяет за матерью мальчик, которого она моет в корытце посреди роскошной гостиной) и «Наше будущее» (произносит много раз подряд полубезумный Хьюз на приёме в честь первого и единственного полёта «Геркулеса», самого большого в мире самолёта, придуманного и построенного благодаря миллиардеру-авиатору).

Это история о перфекционисте, тащившем человечество в будущее.

Между этими эпизодами урывками и скачками, пренебрегая иногда ясностью логики, скачет повествование «Авиатора» (Aviator). Ухабистость этого довольно длинного путешествия объясняется отнюдь не недостатком мастерства постановщика. Скорсезе выбирает из головокружительной жизни Хьюза ключевые вершины и перепрыгивает с одной на другую, предполагая, что объяснять ничего не надо, поскольку все и так в курсе, о чём в принципе идёт речь.

Выбор эпизодов не отличается оригинальностью. Съёмки военно-воздушной эпопеи «Ангелы ада» в конце 20-х. Этот фильм принес Хьюзу первый успех кинопродюсера и превратил его в страстного лётчика-испытателя-изобретателя. Роман Хьюза и кинозвезды Кэтрин Хёпберн (Кейт Бланшетт). Далее режиссёр ещё обмолвится о прочих голливудских романах, которыми так славился его герой. Буквально мельком появится в фильме ещё одна знаменитая подруга Хьюза – актриса Ава Гарднер (Кейт Бекинсейл), роль которой в жизни Хьюза, если судить по фильму, не очень ясна.

Расскажет Скорсезе о том, как Хьюз поставил рекорд скорости в 1935 году на спроектированном им самолёте, как в 1938 совершил легендарный кругосветный полёт всего за 91 час – ещё один тогдашний рекорд, как, испытывая в 1946 году очередной самолёт, разбился и стал инвалидом. Как воевал с сенатской комиссией, обвинившей его в бессмысленной растрате бюджетных денег во время войны. Наконец, Скорсезе не оставил без внимания выдающееся сумасшествие Хьюза, запершегося на несколько лет в гостиничном номере и управлявшего своей огромной финансово-промышленной империей с помощью записочек, которые подсовывал под дверь.

В безумной мешанине событий, подвигов, дат и имен постоянно присутствуют два ключевых момента: самолёты и расстройство рассудка.

Безумие Хьюза – такое же исключительное достижение, как его авиационные рекорды. Хьюз с детства, вероятно благодаря матери, боялся всяческих микробов. Он не здоровался ни с кем за руку, не мог прикоснуться к дверной ручке и т.п. Закончилось же всё совершенно великолепной паранойей. Сидя в своем гостиничном заточении, он месяцами не стригся и не мылся. Панически боялся слежки. Никого не допускал к себе, кроме нескольких слуг, специально нанятых мормонов. Его посещали невероятные планы.

Рассказывают, например, анекдоты, будто Хьюз хотел дать взятку президенту Никсону, чтобы тот прекратил ядерные испытания в Неваде, или что он скупал в Лас-Вегасе казино, которые, вообще-то, ненавидел, чтобы все их потом закрыть, а на месте города построить космодром. Об этом в фильме, правда, ничего нет. Но всего, конечно, не расскажешь.

Всё это само по себе настолько захватывающе, что может заставить вас забыть о фильме и заинтересоваться более серьёзно этим человеком.

И разыскать документальный фильм «Говард Хьюз: человек и безумие», в котором детально описаны последние, самые загадочные годы его жизни или игровой «Удивительный Говард Хьюз» с Томми Ли Джонсом, вышедшим на экраны в 1977 году, через год после смерти Хьюза – из этой подробной кинобиографии можно получить сведения почти обо всех фантастических романах авиатора. Но Скорсезе, разумеется, не собирался стимулировать любознательность зрителя.

Режиссёр должен был дать Америке ещё одну икону. Показать ей «Гражданина Кейна» начала нового века. В принципе, существуют два противоположных мнения о Хьюзе. Одни говорят о нем как о пижоне, которому посчастливилось родиться достаточно богатым, наглым и предприимчивым, чтобы решиться на грандиозную сделку по приобретению места в истории. Другие, к которым примкнул и Скорсезе, видят персонаж романтический, героя великого прошлого, когда планы были дерзкими, подвиги невероятными, женщины ослепительными, а мужчины блистательными.

И, разумеется, чем ярче блеск, тем резче должна быть тень. Так что если уж гений настоящий, то непременно и безумец должен быть тоже не игрушечный.

Выбор актера определяет успех или провал такого проекта. И то, что Скорсезе решил работать с Леонардо Ди Каприо, который и придумал этот проект, но всё равно проходил кастинг у маэстро, очень странно. Вероятно, режиссера вдохновила игра Ди Каприо в «Бандах Нью-Йорка», где тот показал себя очень неплохим бойцом, по неистовству приближающимся к самым кровавым воплощениям Мэла Гибсона. В общем, и в «Авиаторе» Ди Каприо демонстрирует высокий профессиональный класс.

Превращение мачо, инженера, героя страны, ловкого дельца и провидца, каким был настоящий Хьюз, в странного психа, окружившего себя стерильными мормонами – кажется, беспроигрышный материал для серьёзного драматического актёра. Но Ди Каприо человек совершенно из другой колоды. Как любая звезда, он не просто актёр, а уже готовая матрица, которая принципиально меняет характер персонажа. В его исполнении Хьюз выглядит везучим сукиным сыном (так, кстати, сам себя называет Ди Каприо), пацаном, для которого его собственная голова оказалась слишком умной, чтобы с ней справиться.

Вряд ли Скорсезе добивался такого эффекта. Просто ему не удалось справиться с Ди Каприо.

Великий безумец оказался заигравшимся мальчишкой, а великая жизнь превратилась в декорацию.

Скорсезе задумывал эпос о герое нации, в котором сфокусировались ключевые мифологии века – технократическая, кинематографическая и сверхчеловеческая. О титане, поверженном не менее важной для прошлого века фобией – патологической боязнью болезней (не важно даже, какова на самом деле природа безумия Хьюза). Но фильм получился мельче заложенных в него идей. И теперь Скорсезе получает награды и восторги больше за замысел, нежели за воплощение.

            «Газета.Ru»