Поющий мужчина – украшение нашей жизни

На оперном хит-параде зрители, что называется, «висели на люстрах»: десятки студентов и творческих работников, которым отсутствие мест и билетов никогда не было помехой, на протяжении двух отделений подпирали стенки и громче всех кричали «браво» и «великолепно».

Наш оперный театр, уже шестнадцатый раз старательно поднимающий планку на международный уровень, определенно вошел во вкус. Здесь уже не довольствуются приглашениями на постановку режиссеров, известных лишь в узких кругах, а зовут лауреатов «Золотой маски». Зрители премьеры оперы «Бал-маскарад» не узнавали наших солистов, примеривших карнавальные костюмы москвички Татьяны Спасоломской и завертевшихся в мощном режиссерском вихре Людмилы Налетовой. А о «Марии Стюарт» театра Евгения Колобова оперные гурманы вспоминают теперь не иначе как о драгоценном подарке.

Нынешний фестиваль стал бенефисным для вернувшегося в родной театр из дальних и ближних странствий Валерия Иванова. Валерий Павлович солировал в «Севильском цирюльнике», где, правда, для легкого Фигаро выглядел довольно усталым. Зато на гала-концерте с удовольствием изображал злодеев Яго и Скарпиа, продемонстрировав незаурядные драматические способности. Таким образом, Скарпиа из «Флории Тоски» Джакомо Пуччини фестивальные завсегдатаи могли наблюдать дважды. На одном из оперных вечеров эту партию исполнял Николай Путилин. Начинавший в Сыктывкаре, а теперь звезда Мариинки, солирующий в «Метрополитен-Опера», «Ла Скала» и «Ковент-Гарден» Путилин находится в самом расцвете сил. В «Тоске» он буквально заглушил и переиграл всех, показав, что его не зря называют актером-мыслителем, обладающим трагическим темпераментом и столь же мощным, сколь и божественным голосом. Его коллега по Мариинскому театру Ахмед Агади тоже не мог не приобрести у нас поклонников. Сын иранца и татарки из казахской деревни, которого взяли в самый изысканный театр мира после триумфального Хозе в «Кармен», снискал славу «самого страстно целующегося певца». Агади наглядно продемонстрировал страсть и неж-ность, исполняя Каварадосси: ирландка Вирджиния Керр, певшая Тоску, была ошеломлена. Кстати, сама звездная гостья вызвала лишь восторги специалистов, ее техника была безупречна. Непосредственно оперная энергетика артистки фестивальную публику не слишком затронула. Зато самым большим любимцем наших зрителей стал солист Музыкального театра им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко Дмитрий Ульянов. И в «Севильском цирюльнике», и на гала-концерте ему устраивали беспрецедентные овации. Полный тезка ленинского брата завораживал публику красивыми мужскими обертонами. Кто-то из музыкантов даже пошутил, что в Чебоксарах зрители просто тают от красивых мужских голосов. И, видимо, не только от голосов. Даже не самые искушенные зрители отметили работу приглашенного из Королевского лондонского театра «Ковент-Гарден» дирижера Александра Уолкера, который показал пример вдохновенного труда у дирижерского пульта, причем без намека на самолюбование. Молодой маэстро будто собственноручно извлекал стройные звуки из инструмента под названием оркестр, тонко чувствующего его настроение.

Завершающий аккорд шестнадцатого фестиваля был тоже не совсем обычным. Постановщик «Гала» Галина Васильева все второе отделение построила в жанре «театр в театре», где нашла возможность искусству вокала и танца слиться в творческих объятиях. Начиная с бала у Гремина из «Евгения Онегина», когда на сцену выпорхнули вальсирующие «гости», артисты балета не покидали подмостки, создавая выступающим салонный фон и драматургическую подмогу. Выход хора в отрывках из «Флории Тоски», «Нарспи» и «Бориса Годунова» довершил картину единения искусств и всеобщего ликования.

На церемонии закрытия фестиваля присутствовали Президент Чувашской Республики Николай Федоров с супругой, члены Кабинета Министров Чувашской Республики, другие официальные лица.