Волк - лису (в Битцевском лесу)

Когда год назад после пятилетнего молчания Виктор Пелевин выпустил книгу «DПП (NN)», определённое количество читателей оказалось разочарованным. Какой-то лихости им не хватило, лёгкости. Что ж, пути писателя неисповедимы: «Священная книга оборотня» тяжеловесностью не страдает, герои быстры на язык, мысли и поступки.

Нефтедоллары, засилье портфельных инвесторов и даже тайны госбезопасности теперь лишь фон для, страшно сказать, истории любви. Впрочем, волноваться не стоит: цинизма Пелевин не утратил, в иллюзорности нашего с вами существования не разочаровался. Просто теперь в иллюзорности живут ещё и оборотни – а что бы им там не жить? У них и любовь, для них и «Священная книга».

Понятие оборотня на востоке связано с лисами, на западе – с волками, а в России – с погонами.

Кроме того, лиса и волк в наших сказках парочка почти неразлучная, так что аллюзий целая гора. Но ещё больше Пелевин, конечно, навеял сам, точнее, дал возможность читателю громоздить любые конструкции, самые нелепые. Лиса и волк читаются то как мужчина и женщина, то как космополит и патриот, то как казак и разбойник, далее везде вплоть до иня с яном. Даже национальный вопрос можно приплести: вот он, русский волк, грубый, скверно образованный и православный.

Карикатура какая-то. Но кто это тогда рядом – учит его жить, вечно самый хитрый и самый рыжий? Однако Пелевин этого не писал, в романе от него вообще ни слова.

Это лишь дневник китайской лисы-оборотня с неместным именем А Хули, повстречавшей в Москве симпатичного вервольфа и генерал-лейтенанта Сашу Серого. О них и речь, всё остальное – домыслы, досужие к тому ж.

В книге Пелевин немного позабавился с фамилиями, чуть поиграл словами, подтвердил твёрдую пятерку по английскому, сочинил парочку рекламных слоганов и не забыл про стихи. Всё как обычно: любой обыгранный элемент может иметь значение, а может и не иметь никакого. Но от того, что игра знакомая, желающих в неё играть меньше не станет – она по-прежнему увлекательна. Писатель вообще не старался поразить новизной: ну, у кого ещё героиня, собираясь подработать в интернете, выставит на сайт «Шлюхи.ру» свою фотографию «на фоне книжных полок, с томиком Ходасевича в руках». Похоже, самопародия тоже стала частью игры?

Есть провоцирующие цитирование фразы, специально для злопыхателей: «Бывает такое, чего скрывать, – загрузишь человека, и легче становится на душе». А кто не проникся, тому ещё про методику объяснения сакральных тайн: «Уже после третьего слова непонятно, о чём речь. А на примере просто – пыхнул пару раз дымом, и всё».

Давай, бей – но попадешь в пустоту, от Пелевина там осталась одна ухмылка. Он же половину книги посвятил доказательству негодности словесных конструкций для описания истины, так чего вы вообще хотите?

Одно из пугающих свойств Виктора Пелевина – его высокая отражающая способность. Он как-то невзначай взял на себя бремя главного зеркала нашей наиновейшей истории и несёт себе куда и что заблагорассудится.

Как так вышло, не совсем понятно, но то ли времена у нас нереальные, то ли сам Пелевин нас в этом и убедил. А может быть, он, напротив, выделяется реалистичностью описаний быта современников на фоне сочинителей дамских и недамских детективов.

Кроме того, всегда во злобе дня: как потомкам, роясь в сегодняшнем, не поверить в оборотней, если про них и без Пелевина в газетах пишут? Вот и он написал, причем куда интереснее.

И конечно, ещё он написал про путь, которым идут мудрые, к свободе от призрачного мира, в котором всё – лишь досадная иллюзия. Некоторые поклонники творчества Пелевина не на шутку боятся, что он не избежит самоповторов, постоянно разрабатывая одну и ту же тему. Напрасное волнение: если автор и начнет повторяться, то так, что как раз вы этого не заметите. Некоторые диалоги из новой книги, те самые, фирменные «вопрос ученика – ответ учителя», напоминают демонстрацию объёма лёгких оперной певицей: тянутся страницами на одном дыхании, да ещё и с пританцовыванием.

Чувствуешь, что автор мог бы и больше, но сам решил, что пока хватит.

Книга удалась. Местами смешная, местами лиричная, даже трогательная, она по сути, конечно же, одно сплошное издевательство, начиная с «коэльевского» названия.

Издеваться есть над кем, в конце романа приведён целый список вредных сущностей, среди которых, кстати, и интернет-колумнисты – аккурат между натуралами и оборотнями в погонах. Могло быть хуже.

«Газета.Ru»