Браконьерам - зеленая улица

А КАК морская плотва сопротивляется вываживанию! Это настоящая песня для рыболова. Она зачастую с треском рвет самые прочные фирменные лески, демонстрируя свою особую дикость и непокорность. Морская плотва значительно сильнее местной, которая почти всю свою жизнь стоит без серьезных передвижений под обрывистым бережком.

Половили мы морскую плотву и, естественно, не в силах были пропустить следующую встречу с ней. Высаживаемся в Кладове, а там уже такое творится... Река в нескольких местах перегорожена сетями. Понятно, местным живется сейчас несладко, кушать хочется, но можно было и поменьше браконьерских сетей выставить, да и разместить их так, чтобы проход для рыбы оставался.

Аборигенов все же можно понять. Они добывают на еду, даже если и продадут малость, так все равно эти деньги пойдут на пропитание. Но вот что уж не укладывается в голове, так это хапужество городских. Невооруженным глазом по дорогой одежде видно, что люди далеко не бедные, на джипах подъехали, и расставляют повсюду сетки­экраны. Это уже никак не укладывается в голове. Ни выдающихся поклевок, ни борьбы, ни завораживающего ритуального выдразнивания мормышкой этим людям ничего не надо. Полагаю, им и плотва как таковая не требуется, людей просто обуяла рыбная лихорадка по типу золотой. Бешенство глаза застилает. Вытащил один из сетки пару штук, около него тут же еще десяток экранов пихают. Я такого массового умопомешательства никогда прежде не наблюдал. Ну никак уже не просверлить лунку, не настучав по головам соседям рукояткой бура. Надо же, все равно дырявят лед, просят пригнуть головы, пробиваются к воде и экран туда...

Рассказывают, что избиение плотвы началось еще на неделе, рыбнадзор если про это не прознал, то его уже нельзя называть таковым. Десятки сетей, сотни экранов и ни одного инспектора.

В это же самое время наблюдается совсем противоположная картина на Соти, которая очень похожа на Ухру в том плане, что, как правило, к середине января в нее начинает идти тоже плотва. Разница лишь в том, что движется она не с моря, а с Костромских разливов. Здесь мирно неспешно полавливают плотву истинные ценители спортивных методик. В принципе четырепять крупных экземпляров за весь день и они были бы довольны, ведь ощутили поклевки, поборолись с сильной рыбой. Чего еще надо? И вот сидят эти истинные спортсмены на реке у деревни Глазово, и вдруг подходит к ним целая команда омоновцев с инспекторами и объявляет, что ловить здесь нельзя. Штраф 500 рублей. В прошлые выходные было можно, а теперь нет.

Просто удивительно. На Ухре браконьерский беспредел. На Соти мирные спортсмены, однако от омоновцев рябит в глазах. Ну хоть бы один выполз из кустов в Кладове. При сравнении ситуации на этих двух реках непроизвольно приходишь к выводу, что на Соти охраняют все­таки не рыбу, а освобождают реку от спортсменов, расчищают территорию для каких­то конкретных привилегированных лиц.

Под Кладово наблюдать браконьерский беспредел для нормального человека было невыносимо. Многие компании стали собираться и переезжать на другие места, пусть даже и с призрачной надеждой найти в них морскую плотву. Мы тоже уехали. Высадились совсем в безлюдном месте. После массового браконьерского беспредела здесь чудно дышалось. Совсем другое настроение. Красота. Если найдем плотву, наступит просто счастье. После долгих поисков одна попалась. И все. Много лунок просверлили бесполезно. Вернулся в ту, где была поймана морская красавица. Опять поклевка. Сидит голубушка. В этой лунке было заметно глубже, чем в остальных. Яма? Принялись сверлить совсем рядом с заветным отверстием. Нет. Разница почти метр. Теперь все ясно огромные камни. Плотва, прячась от браконьерских сетей, настроилась двигаться между ними.

Насверлили множество лунок. С помощью промеров глубин четко определили плотвиный фарватер. Из­за близости валунов друг к другу его, слава Богу, не перекроешь браконьерским экраном. Он ляжет на края каменных глыб, а плотвиный фарватер останется открытым.

Половили мы морских красавиц в удовольствие, не спеша, с чувством, с расстановкой. Любопытно, что клевали они здесь исключительно на игру, а неподвижную мормышку игнорировали.

Возможно, на непроторенном месте мы поймали меньше плотвы, чем сделали бы это у Кладова, где рыбе перекрыто многочисленными сетями движение. Но ведь не рыба в конце концов нужна нашему брату, а полученное с ее помощью удовольствие и наслаждение настоящей охотой. Не браконьеры же мы, а ценители истинной рыбалки.