Штраф за работорговлю

Российский солдат-раб стоит недорого - всего 50 тысяч рублей. Такую цену определил ему военный суд Санкт-Петербургского гарнизона. По недавно вынесенному им решению всего лишь штрафом отделался полковник-работорговец Александр Погудин. Он, являясь командиром батальона обеспечения Академии тыла и транспорта, словно вещь, отдал своего бойца на унизительные принудительные работы в руки частного лица - своего давнего знакомого.

ОБ ЭТОМ случае «ЗК» рассказывало в материале «Ярославский раб-ефрейтор» в прошлом году. Тогда полковник-работорговец еще продолжал командовать своим батальоном. Измученный раб-ефрейтор Максим Гугаев при росте выше 170 см весил всего 37 кг. Военные изо всех сил пытались замять это дело. Максим был направлен командованием батальона в психушку, в 442-й окружной военный госпиталь Санкт-Петербурга.

Мать, приехавшая в Петербург, долго не могла увидеться с сыном. Свидание не разрешали. Наконец медики вынуждены были признать, что у Максима психических расстройств нет. Этим обстоятельством, видимо, был очень недоволен полковник Александр Погудин. На суде он свою вину не признал и пытался развивать версию, что раб-ефрейтор его просто оклеветал. Родная воинская часть выдала работорговцу положительную характеристику, оценив его как инициативного и добросовестного командира. Впрочем, стоило ли суду брать во внимание этот документ? Отсутствием солдата в воинской части никто не обеспокоился. Значит, подобная рабская практика здесь была вполне привычной?

Между тем еще не состоялся суд над истязателем, неким Николаем Усевичем. Именно ему был отдан Максим Гугаев в личное пользование. Усевич требовал называть себя генералом. Хотя на самом деле, как выяснилось, он является отставным прапорщиком. Усевич в свое время служил военным поваром. Видимо, это обстоятельство повлияло на его отношение к процессу питания. Сначала своего раба он кормил плохо, потом перестал это делать вовсе. Усевич на своем строящемся ранчо избивал Максима, потом облил его кислотой. В тяжелом состоянии Гугаев был подброшен к воинской медсанчасти, где его нашли другие солдаты. Убежать от рабовладельца Максиму было очень сложно. У него отобрали обувь. Ступни ног были травмированы. К тому же по ночам на колючую проволоку, окружающую ранчо Усевича, подавался электрический ток.

Тем не менее по аналогии с очень мягким наказанием, определенным полковнику-работорговцу, не приходится ждать, что адекватные меры будут применены к повару-истязателю. Для России и ее армии подобные факты - обычное явление?