Таможне всё можно

На подходе еще один ограничитель. Готовится поправка в Таможенный кодекс о снижении стоимости бесплатно ввозимых товаров с 65 тысяч до 15 тысяч рублей.

Подоплека таможенных нововведений вроде бы вполне благовидная — легализация импорта, увеличение таможенных сборов и устранение лишней конкуренции для отечественных товаропроизводителей. Над последним бьются вот уже лет 12, с зарождения челночества. И небезуспешно: за это время ожили многие наши предприятия легкой промышленности. В том числе Чебоксарский хлопчатобумажный комбинат, чулочно-трикотажная фабрика. Появились даже новые мелкие швейные предприятия.

И тем не менее челноков с каждым годом становилось все больше. Легпром, надо полагать, стал возрождаться все же во многом благодаря конкуренции с китайским, турецким и прочим заграничным ширпотребом. Хочешь выживать — улучшай качество.

И последние таможенные меры, похоже, не очень-то пугают наших челноков. Действительно, товары подорожают, но не на 30 процентов, как пугают журналисты московских СМИ, а меньше.

У предпринимательницы Натальи несколько торговых точек по продаже турецких кожаных изделий. Одна из них — в МТВ-центре. Наталья иногда сама летает в Стамбул, но лишь для того, чтобы закупить партию товара. С собой через границу она может провезти только три вещи. Основной груз отправляется через карго-фирмы. Если месяц назад Наталья платила им по 8-9 долларов за килограмм перемещаемого товара, то за последнюю партию пришлось выкладывать на доллар больше. Дополнительные издержки предпринимательница, естественно, вынуждена заложить в розничные цены на свои кожаные пальто и куртки.

Почувствуют ли это покупатели? Вряд ли. Турецкая кожа — не хлебобулочные изделия, стоимость которых отслеживается тарифной службой (и то не на все изделия). На рынке — цены договорные, и если товар плохо продается, «челноки» его удешевляют. Продавцы говорят, что греческие шубы, закупленные еще до новых таможенных правил, идут сейчас заметно дешевле, чем месяц назад, — сезон заканчивается. То же самое может произойти к лету и с завозимой сейчас кожей. Обычный, в общем-то, процесс.

Впрочем, бизнес на кожаных изделиях рассчитан все же на небедных покупателей. Челноки же обслуживают в основном массового недорогим ширпотребом типа курток из плащевых тканей, кофточек, юбок, костюмов и т. д. Все это сейчас закупается, как известно, на московских рынках.

Вера Ильина торгует на чебоксарской «Ярмарке» женскими куртками. Отоваривается в основном на Черкизовском рынке. Происхождением товара особенно не интересуется — то ли Китай, то ли Турция. Говорит, что «оптовики баулы при нас вскрывают». Этого, видимо, достаточно для удостоверения в надежности товара.

Последнюю партию Вера привезла еще месяц назад. Новые таможенные условия на этих куртках не сказались, поэтому они идут по старым ценам, в среднем по 1000 рублей за штуку. Нередко приходится отдавать даже дешевле. Как это наверняка будет со следующей партией товара — уже с новой таможенной накруткой.

— Очень сильная конкуренция. И не столько таможня, сколько она диктует цены на рынке, — говорит Вера. — Что ни год, то труднее продать товары.

— Но теперь они будут дорожать, брать их станут, наверное, меньше. Некоторым из вас, видимо, придется сворачиваться…

— Я так не думаю. Десять лет «челночу», вижу, что меньше нас не становится.

По расчетам Ильиной, на каждой куртке она «наваривает» немного — 150-200 рублей. Однако среднемесячный чистый доход сопоставим с зарплатой, которую редко где на городском предприятии получишь. Правда, сама Вера не прочь уйти из бизнеса на фабрику или завод — устала таскать баулы.

— А какая зарплата тебя бы там устроила?

— 8-10 тысяч рублей. Жаль только, что у меня профессия сельская — ветврач. Но в село я не поеду.

Оно и понятно: пока село продолжает поставлять трудовые ресурсы для города. В том числе для челночного бизнеса.

Впрочем, как такового его сейчас нет. Есть оптовая либо розничная торговля. По данным Управления Федеральной налоговой службы по ЧР, на 1 января в республике насчитывалось 35,2 тысячи предпринимателей-индивидуалов. Большинство из них занимается торговлей, в том числе на рынках.

Разорение им в ближайшее время вряд ли грозит. Ведь именно у челноков одевается и обувается большая часть населения республики. А 30 процентов его, по последним данным Чувашстата, имеет среднедушевые доходы ниже прожиточного минимума, более 23 процентов — от 2000 до 3000 тысяч рублей. С подорожанием челночных товаров эта статистика может видоизмениться, но не настолько, чтобы «челноки» остались не у дел.