Суд вершила спецтройка

Подумать только, из семи довоенных прокуроров Чувашии четверо были репрессированы, двое умерли в лагерях ГУЛАГа. Невольно возникает чувство жалости к ним. Но на самом деле небезгрешны были и они сами. Впрочем, и другие руководители высокого ранга. К такому выводу я пришел, копаясь в недрах архивов.

Массовые репрессии против так называемых «классовых врагов» особенно усилились после того, как 30 июля 1937 года на местах были созданы внесудебные органы — «спецтройки» в составе наркомов внутренних дел, первых секретарей обкомов, прокуроров, хотя и до этого в полную мощь работали коллегии ОГПУ, особые совещания. Спецтройка, конечно, действовала и в Чувашии. Она рассматривала уголовные дела заочно. Вот, например, 8 сентября 1937 года. В этот день спецтройка вынесла вердикт по делу, расследованному сержантом УГБ Ломоносовым на 29 человек, проживавших на территории одного сельсовета. Среди них колхозники, единоличники, священники и женщины. Они состояли в безобидной организации «Общество трезвости» и якобы вели антисоветскую агитацию. Семерых расстреляли на следующий же день, остальных отправили в Сибирь.

Чтобы подсчитать, сколько невиновных лиц эта тройка отправила на тот свет, потребуется не один месяц работы в архиве. 30 июля же НКВД СССР спустил разнарядку для спецтроек. По Чувашской АССР надо было выявить 1800 «врагов». Из них 300 подлежали расстрелу, а 1500 – отправке в лагеря. Тройка даже перевыполнила этот план. Партийное руководство, НКВД, прокуратура работали в одной упряжке. И, конечно, понимали: чем больше репрессируют, тем больше шансов самим остаться в живых. Но что же получалось в итоге? Возьмем состав одной из троек. В ней, понятно, партийный глава республики. До начала большевистской карьеры работал по найму у частных лиц, кондуктором и водителем трамвая, гармонистом в публичном доме. Получил среднее по нынешним меркам образование. Был дважды женат, но детей не имел. Руководил Чувашией достаточно долго, его имя присваивалось колхозам и клубам. Обвинен в принадлежности к антисоветской организации. Умер в ссылке.

Нарком внутренних дел, тоже член спецтройки, был прислан из Нижнего Новгорода. Имел только незаконченное среднее образование. Работал в Чувашии в самый разгар действия репрессивной машины. Расстрелян как «враг народа».

Такая же участь постигла прокурора республики. Обвинен в том, что, являясь членом спецтройки, проводил враждебную работу, преследовал чест-ных людей, лично допрашивал и избивал их, а антисоветские элементы сохранял. Вот, например, недавно рассекреченное уголовное дело по обвинению 8 работников Наркомзема Чувашии, где прокурор выступал в качестве гособвинителя. В числе обвиняемых оказался и бывший председатель областного суда М. Спиридонов. Прокурор, конечно, хорошо знал его. Возможно, они и дружили. А на суде обвинитель потребовал приговорить судью к расстрелу. К счастью, Верховный суд РСФСР заменил высшую меру наказания на 8-летний срок заключения. М. Спиридонов умер в лагере.

В народе говорят: не рой яму для других. Так и случилось с теми, кто отправлял на смерть невинных. По-человечески их тоже жалко. Они ревностно претворяли в жизнь политику партии и правительства. Кто-то скажет: время было такое. Но вряд ли это может служить оправданием.