Минприроды вырубит Россию

Глава минприроды предлагает снять «существующие избыточные ограничения в сфере лесопользования» и разрешить промышленную рубку не 42% российских лесов, а 90%, как в Финляндии и Германии. Экологи предупреждают, что лесную промышленность это не спасёт, а леса вокруг городов будут истреблены.

С новаторской инициативой Трутнев выступил сегодня на заседании правительства. Из его доклада следовало, что доля лесопромышленного комплекса сегодня составляет лишь 4,3% в совокупном объёме ВВП, хотя её потенциал существенно выше. Невелика и доля России в мировом экспорте лесопромышленной продукции – всего 2%.

Основной причиной отставания России от других развитых лесопромышленных держав (Финляндии и Бразилии) Трутнев считает «существующие избыточные ограничения в сфере лесопользования».

За последние три года объём лесопользования в России увеличился на 11% – со 165 млн. кубометров в 2002 году до 183 млн. кубометров в нынешнем. Но из 44 млрд. кубометров леса, годного для рубки, половина исключена из лесопользования в связи с существующей системой классификации лесов. «- В России разрешены к рубке только 42% лесов, в то время как в Финляндии и Германии этот показатель составляет 90%», – напомнил Трутнев.

В связи с этим минприроды предлагает изменить существующую классификацию лесов, отменив их разбивку на категории. Это позволит довести в России уровень лесов, разрешённых к рубке, до мирового.

У экологов предложения Трутнева вызвали недоумение.

«- Министр явно плохо осведомлён о том, в лесах каких категорий не разрешены рубки, – пояснил координатор лесной программы "Гринпис" Алексей Ярошенко.

– В так называемых защитных лесах, относящихся к первой группе, как раз и ведётся интенсивная заготовка древесины. Например, на Карельском перешейке – там и лес хвойный, и близость ЦБК и Финляндии сказывается».

«- По тем же категориям лесов, где рубки разрешены, у нас законодательство куда менее жёсткое, чем в Финляндии, – объяснил Ярошенко. – Получается, что у нас не 42% лесов, а все 87% открыты для промышленных рубок. А все остальные леса оказываются открыты для "рубок ухода" (санитарные мероприятия), а таким образом у нас заготавливается до четверти древесины».

«- По нынешней классификации очень трудно вести лесное хозяйство, – согласен с предложениями министра глава комитета по лесной промышленности ТПП Александр Беляков. – К примеру, в защитных лесах, где лес уже созрел, его рубить запрещено. Это приводит к тому, что лес болеет, появляется сухостой и возникают лесные пожары». В защитных лесах вокруг Москвы запрет на вырубку зрелых деревьев уже привёл к тому, что лес начал заражаться жучком», – сетует эксперт.

«- Из-за низкой технической оснащённости мы до сих пор пользуемся технологией сплошной рубки, – отмечает Беляков – В Финляндии между тем 70% леса заготавливаются на промежуточных рубках, когда срубаются только зрелые деревья, а не вычищается весь квадрат. У нас в России прирост леса на гектар – кубометр, а в Финляндии – 4 кубометра, потому что промежуточная вырубка зрелых деревьев открывает солнце и место другим посадкам».

Перейти на более прогрессивную технологию Россия пока не в состоянии: это, по расчётам Белякова, требует не менее $5 млрд. на приобретение техники.

«- Действительно, мы рубим всего 18–20%. При расчётной лесосеке 550 млн. кубометров ежегодная вырубка составляет всего 120–160 млн. кубометров леса, – отчасти согласен с Беляковым Ярошенко. – Но это происходит из-за того, что из всех лесных угодий менее чем на трети можно вести лесное хозяйство, а всё остальное составляют болота и некачественный лес вроде того, что растет, к примеру, в Эвенкии. Его можно вырубить один раз, но восстановить уже невозможно».

Если классификация лесов будет просто отменена, настаивает Ярошенко, это приведёт лишь к тому, что будут вырублены защитные леса близ городов и деревень – те, которые отличаются транспортной доступностью.

«- Промышленность это не спасёт, – замечает эксперт. – Архангельский ЦБК не будет рубить лес в Подмосковье. Рубкой защитных лесов вблизи городов займутся компании-однодневки, действующие по принципу "после нас хоть потоп"».

Отдельная дискуссия на правительстве возникла и по поводу таможенной политики в отношении экспорта леса.

Минэкономразвития уже неоднократно предлагало повысить таможенные пошлины на круглый лес. Но замминистра промышленности и энергетики Иван Матеров на заседании кабинета заявил, что его ведомство предлагает «заменить экспортные пошлины продажей компаниям экспортных квот на необработанный лес». Это было бы более эффективным способом реагирования на ситуацию на рынке, позволило бы адресно поддерживать лесную промышленность в том или ином регионе страны и устанавливать цену для каждой отдельной партии леса с учётом конъюнктуры. «- По сравнению с экспортной пошлиной это одно и то же – налог на вывоз», – пояснил Матеров.

Это предложение вызвало резко негативную реакцию премьер-министра. «- Это кто придумал? Что преследует автор – вывезти всё? Кто автор?» – возмутился Михаил Фрадков. «- Я автор», – признался Матеров. На что Фрадков продолжил: «- Если мы на аукционы перейдём от пошлин, то все леса вырубим, от леса останутся только пеньки».

«- C внешней торговлей мы будем разбираться не в минпромэнерго, а в другом месте и более ответственно», – пригрозил премьер. Причём, по его мнению, нужно уделять больше внимания не совершенствованию экспорта необработанной древесины, а вопросам переработки леса.

«- Расширьте узкие места и государству дайте туда войти, – предложил Фрадков, – раз уж это не получается делать у частных компаний».

«- Плохо, плохо, плохо, что вы пытаетесь адресовать всё аморфному на сегодня понятию частно-государственного партнёрства», – вконец раскритиковал премьер представителей минпромэнерго.